судьба молодой женщины

Опыт работы над образом Сони лишний раз убедил Бюргер в необходимости куда более углубленного и, главное, интенсивного владения актерским искусством. Ради этого она приходит в театр, не порывая с кинематографом. В Берлинском немецком театре Бюргер работает всего один сезон. После эпизодической роли в «Поднятой целине» и небольшой роли Ренаты в «Студенческой комедии» Вангенхайма Аннекатрин охотно переходит на работу в театр Зенфтенберга.

В молодежном коллективе, которым в то время стал руководить талантливый молодой режиссер и актер кино Клаус Гендрис, ей сразу поручили несколько крупных ролей. Луцьетта в «Кьоджинских перепалках» Гольдони, Эмилия Галотти в одноименной трагедии Лессинга, Амалия в «Разбойниках» Шиллера, Клерхен в «Эгмонте» Гёте, Катарина в «Укрощении строптивой» Шекспира, Роза Бернд в одноименной драме Гауптмана, Катя в «Высокой волне» Дворецкого, Надежда в «Калиновой Роще» Корнейчука, Валя в «Иркутской истории» Арбузова — вот далеко неполный перечень образов, созданных Бюргер за три года пребывания в Зенфтенберге. В них все отчетливее определялась главная линия ее творчества — создание характеров активных, умеющих бороться за свое счастье, за счастье народа женщин. Ее Амалия менее всего походила на сентиментально-чувствительную девушку. Она вся в порыве, в борьбе. Все в ней восстает против бесчеловечного отношения к людям. Даже парик, казалось, надевался героиней лишь для того, чтобы при первом удобном случае сорвать его с головы и хотя бы этим выразить свой протест против дворянских обычаев, нравов, порядков ненавистного дворянского общества.

За короткий период Аннекатрин разительно изменилась даже внешне. Ничего не осталось от простодушной Уши из «Берлинского романа» с коротко подстриженной, слегка взбитой копной светлых волос, круглым полудетским лицом, несколько наивно задумчивым взглядом. Возмужание Бюргер отразилось и в ее облике: черты лица как-то удлинились, обозначились более резко, все говорило о том, что перед нами — молодой человек, не столько радостноудивленно воспринимающий мир, сколько задумывающийся о своем месте в нем, о его наиболее разумном преобразовании в борьбе и только в борьбе.

Поэтому закономерен приход Бюргер к ролям женщин, сражавшихся против фашизма в гитлеровской Германии. В 1961 году она исполняет роль Катрин Байер в советско-германском фильме «Пять дней — пять ночей», поставленном Львом Арншта- мом. В основу фильма положен исторический факт спасения советскими воинами сокровищ Дрезденской галереи в последние дни войны. Однако история Катрин — это своего рода фильм в фильме. Бюргер воссоздает исполненную глубокого драматизма судьбу молодой женщины, не согнувшейся перед гитлеровским варварством. Перед зрителем проходит и любовь Катрин к художнику Паулю Науманну, и ее арест, и страдания в концлагере, наконец, неожиданное воскрешение из мертвых, забота об осиротевших детях, новая встреча с Паулем в эти пять дней и пять ночей. Уроки Дудова не прошли для Бюргер даром: она играет эту богатую столь разными и острыми эмоциями роль мужественно, просто, исключив как сентиментальность, так и риторику.
В том же году Бюргер снимается в фильме Курта Метцига «Любовь в сентябре». Ханнелоре — это явная антитеза основной творческой линии актрисы. Всем своим поведением она как бы наказывает в общем-то и неплохую, но слабовольную, пассивную Ханнелоре, почти без борьбы уступившую любимого человека не только своей сестре Франке, но и другому миру.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Обсуждение закрыто.